описание
звоните нам в будни с 9:00 до 19:00
+7(495)374-67-62
 

Стратегия Гитлера. Путь к катастрофе. 1933-1945. Т.1 Подготовка ко Второй мировой войне 1933-1939

Стратегия Гитлера. Путь к катастрофе. 1933-1945. Т.1 Подготовка ко Второй мировой войне 1933-1939
Количество:
  
-
+
Цена: 220 
P
В корзину
В наличии
Артикул: 00202010
Автор: Дашичев В.И.
Издательство: Наука (все книги издательства)
ISBN: 5-02-010309-8
Год: 2005
Переплет: Твердый переплет
Страниц: 524

Аннотация
Стратегия Гитлера - путь к катастрофе, 1933-1945 : ист. очерки, док. и материалы : в 4 т. / В.И. Дашичев; Ин-т междунар. эконом, и полит, исслед. - М.: Наука, 2005- . - ISBN 5-02-010308-Х (в пер.).
Т. 1 : Подготовка ко Второй мировой войне, 1933-1939. - 2005. -524 с. - ISBN 5-02-010309-8 (в пер.).
Четырехтомник является вторым переработанным и дополненным изданием двухтомника "Банкротство стратегии германского фашизма. 1933-1945 (М. : "Наука", 1973. Отв. ред. академик А.А. Самсонов). Труд создан на основе документов высшего германского руководства, написан с позиции сегодняшнего дня и актуален с точки зрения убедительного показа бесперспективности и пагубности политики глобального господства.
В первом томе на большом фактическом материале рассматриваются характер и направленность нацистской стратегической концепции, в основе которой лежал императив: избежать для Германии войны на два фронта путем молниеносного поочередного сокрушения главных противников на европейском континенте. Раскрываются мероприятия гитлеровского руководства по созданию необходимых организационных, внешнеполитических, экономических и стратегических условий для борьбы за господство в Европе. Два раздела посвящены первым военным акциям Гитлера - захвату Австрии и Чехословакии в целях расширения стратегических позиций для ведения большой европейской войны. Много места отведено советско-германскому пакту о ненападении от 23 августа 1939 г.
Для политологов, историков и широкого круга читателей.
Введение
Вниманию читателя предлагается четырехтомник "Стратегия Гитлера - путь к катастрофе. 1933-1945. Исторические очерки, документы и материалы", являющийся переработанным и дополненным изданием двухтомника, впервые опубликованного издательством "Наука" в 1973 г. под названием "Банкротство стратегии германского фашизма". В то время книга вышла тиражом в 25 тыс. экземпляров, очень быстро разошлась и стала вскоре библиографической редкостью. Высокую оценку она получила у маршала Г.К. Жукова1. Константин Симонов писал о ней:
"Советская историография пополнилась новым фундаментальным трудом, охватывающим основные этапы подготовки, развертывания и провала нацистской агрессии в период с 1933 по 1945 г. Обширная исследовательская часть сопровождается публикацией свыше 400 документов гитлеровского политического и военного руководства. Большинство из них появляется на русском языке впервые... Читаешь эту поучительную книгу и наполняешься чувством гордости за то, что в ходе тяжелейшей в истории человечества войны, ценою огромных жертв и огромного напряжения сил нашей Советской страны, партии, народа, армии мы разгромили огромную, страшную военную машину и нанесли поучительный для всего человечества сокрушительный удар по варварской идеологии "сверхчеловеков", вообразивших себя в XX веке потенциальными рабовладельцами Восточной, и не только Восточной Европы"2.
Ныне, в юбилейный год 60-летия окончания Второй мировой войны, весьма актуально извлечь уроки из трагического опыта борьбы народов Советского Союза и западных демократий против гитлеровской агрессии. Теперь эти уроки следует рассматривать не заужено, в рамках одной Второй мировой войны, а в широком контексте роли и последствий политики глобального господства для европейского и мирового развития.
Прежде всего надо отметить, что, к несчастью для европейцев, Европа, как ни один другой континент, была подвержена на протяжении своей истории многочисленным войнам. А в XX столетии эта особенность ее развития обернулась для нее поистине роковыми разрушительными последствиями. Она стала главным полем брани в двух "горячих" и в одной "холодной" мировых войнах, до основания потрясших социальные, национальные и экономические структуры проживающих на ее территории народов. В результате Европа, как единое целое, запутавшись в великодержавных амбициях государственных деятелей, проиграла в геополитическом отношении XX век.
Поворотным пунктом в европейском развитии явилась Первая мировая война. Впервые в человеческой истории она приняла тотальный и глобальный характер. В кровавой бойне на полях сражений участвовали более 60 млн солдат пяти континентов. Ежедневно война уносила 6 тыс. жизней. В мясорубке Вердена и на полях смерти Фландрии погибло в четыре раза больше французов, в три раза больше бельгийцев и в два раза больше англичан, чем во Второй мировой войне. Лишь в грандиозном сражении на Западном фронте в июле 1916 г. были убиты 60 тыс. английских солдат.
Применение новых убойных видов оружия приобрело уже в Первой мировой войне невиданные масштабы. Немецкая пушка "Большая Берта" стреляла по Парижу с расстояния 130 км. Американский пулемет марки "Максим" был способен производить 600 выстрелов в минуту. Только в одном наступлении 12 сентября 1918 г. американцы выпустили по немецким войскам 1,1 млн снарядов3. Впервые на полях сражений были применены танки и отравляющие вещества.
Вызванные Первой мировой войной социально-политические и экономические потрясения, революции, злополучный Версальский мир, возникновение реваншизма побежденных, становление тоталитарных и диктаторских систем в России, Германии, Италии и других европейских государствах проложили прямой путь ко Второй мировой войне. 31 межвоенный год прошел фактически под знаком теоретической, материальной, дипломатической и пропагандистской подготовки великих держав к новому мировому конфликту. По определению немецкого историка Велера, Первая мировая война положила начало "Второй Тридцатилетней войны" в Европе4. Его известный коллега Эрнст Нольте назвал период в развитии Европы с 1917 по 1945 г. "гражданской войной" между национал-социализмом и большевизмом5. Это интересное соображение нуждается в существенной поправке. На самом деле, если на то пошло, "гражданская война" в Европе длилась с 1914 по 1990 г., т.е. более 70 лет. И истоки ее, кроющиеся в политике гегемонизма, все еще не устранены. Активными участниками этой войны были не только Германия и Россия, но и почти все европейские страны, а также внешние силы, в первую очередь США.
По размаху, напряженности и ожесточенности боевых действий, по числу участвовавших людей, количеству использованной боевой техники, колоссальным человеческим жертвам и материальным разрушениям Вторая мировая война не знала себе равных за всю многовековую историю человечества. В нее было втянуто 61 государство с населением в 1,7 млрд человек, т.е. три четверти всего человечества. Под ружье было поставлено ПО млн человек, боевые действия охватили территорию 40 государств. Война поглотила громадные производственные ресурсы. Только Германия, США, Англия и СССР произвели в военные годы около 653 тыс. самолетов, 287 тыс. танков, 1041 тыс. орудий. Общие расходы на войну, включая прямые военные издержки и ущерб от материальных разрушений, достигли астрономической цифры в 4 триллиона долл. Материальные потери Советского Союза составили треть его национального богатства. Война унесла 50 млн человеческих жизней, из них на долю советского народа пришлось почти 30 млн. Такова страшная дань, которую человечество вынуждено было заплатить за мировой военный конфликт6.
Вторая мировая война возвестила наступление качественно нового этапа в развитии международных отношений, зловещим символом которого стали Хиросима и Нагасаки. Отныне война между великими державами перестала быть средством достижения политических целей. Находящиеся в их распоряжении убойные средства были настолько усовершенствованы, что достигли предела в своем развитии - появилось ракетно-ядерное оружие, массовое применение которого неизбежно привело бы к гибели человеческой цивилизации. И тем не менее вскоре после разгрома Германии и Японии в 1945 г. род людской снова оказался перед лицом мировой войны, на этот раз "холодной", длившейся 45 лет. Она не переросла во всеобщую "горячую" только благодаря тому, что хрупкий мир держался на биполярном "равновесии ядерного страха" между США и Советским Союзом. Каковы же причины и истоки возникновения мировых войн? Неужели они фатально неизбежны? Разве нельзя остановить это безумие и предотвратить угрозу самоуничтожения человечества?
В процессе работы над данной книгой, на основе анализа развития международных отношений и развязывания войн в Европе в XX в. я пришел к выводу, что причиной мировых войн постоянно выступало стремление правящей элиты какой-либо из великих держав установить свое региональное или глобальное господство. Страны, национальные интересы которых были поставлены под угрозу действиями экспансивной державы, неизбежно сплачивались в противостоящую ей коалицию. Этот феномен можно назвать "ответной отрицательной реакцией", или "обратной отрицательной связью", ставшей закономерностью международных отношений. Исторический опыт с времен Наполеона свидетельствует, что в конечном итоге держава, стремящаяся к гегемонии в Европе, а тем более в мире, терпит поражение.
Чтобы обратить внимание советского руководства на эту закономерность, я сформулировал ее в одной из аналитических записок, направленной в начале 1982 г. генеральному секретарю ЦК КПСС Ю.В. Андропову. В ней, в частности, говорилось:
"Пусть некая держава стремится резко усилиться и расширить сферу своего гегемониалыюго влияния. Каковы будут последствия этого для мирового сообщества? Слабые страны вольно или невольно будут подчиняться этой державе, ее господству. Она будет становиться еще сильнее и подчинять более сильные государства и т.д., пока мир не превратится в одно сверхгосударство или определенный политический порядок под гегемонией этой державы. Но этого до сих пор не произошло. Объясняется это тем, что в системе мирового сообщества существует обратная отрицательная связь к усилению отдельного государства (державы) и расширению сферы его господства до пределов, которые начинают угрожать интересам других государств, особенно великих держав. Результатом действия этой отрицательной обратной связи является объединение сильных государств в "антикоалицию" против потенциально или реально сильнейшего (в регионе, мире)... "Антикоалиция" со временем неизбежно настолько усиливается, что противостоящая ей держава и возглавляемый ею союз оказываются не в состоянии выдержать военное и экономическое противоборство. Следовательно, всякий экспансионизм и гегемонизм таят в себе зародыш собственной гибели. Об этом говорит опыт всех мировых войн"7.
Политика гегемонизма неизменно служила в XX в. главным фактором деформации системы международных отношений. Она накладывала неизгладимый отпечаток на развитие мира в целом и отдельных народов, определяла "дух времени" и выступала в качестве носителя самых деструктивных и разрушительных явлений в сфере международной политики.
Стремление к господству на мировой арене обусловлено различными причинами и может принимать всевозможные обличья - ярко выраженную империалистическую, мессианско-идеологическую, националистическую, экономическую, финансово-олигархическую -или же выступать под видом сочетания отдельных этих форм.
Марксистско-ленинская теория не смогла дать ясного ответа на то, как возникают мировые войны. Классовый подход к этой проблеме не объяснял многих сложных явлений международной жизни. Так, например, было бы неверно утверждать, как это делалось у нас ранее, что политика гегемонизма свойственна только капиталистической системе. Понятно, что борьба за рынки сбыта, источники сырья, сферы влияния во многом определяла и определяет политику господства капиталистических держав. Но ведь и советской политике было не чуждо гегемонистское стремление к расширению сферы советского господства в мире. В основе этого стремления лежали мессианско-идеологические мотивы. Следовательно, советская политика, как и капиталистическая, сплошь и рядом выступала на международной арене как деструктивный фактор, ставивший под угрозу международный мир и стабильность. Правда, в данном случае решающую роль играли субъективные соображения, искаженное, крайне идеологизированное восприятие задач, стоявших перед государственным руководством.
В начале прошлого века ярко выраженная империалистическая политика была представлена кайзеровской Германией. С циничной откровенностью она стремилась к установлению континентального господства и переделу колоний и сфер влияния в мире. Развитие противоречий между ее политикой гегемонизма и интересами других европейских держав привело к Первой мировой войне, закончившейся поражением кайзеровской Германии.
Стратеги нацистской Германии выдвинули намного более радикальные и далеко идущие планы экспансии. Они рассматривали создание "нового европейского порядка" под эгидой Германии как основу для развертывания полномасштабной мировой экспансии и "борьбы против англо-американской коалиции", о чем свидетельствует директива верховного главнокомандования вермахта № 32 от 11 июня 1941 г. "Подготовка к периоду после осуществления плана "Барбаросса"". Но непременным условием для этого считалось завоевание "восточного пространства" путем разгрома СССР, уничтожения российской государственности, расчленения русской нации, подрыва ее "биологической силы", а главное - ликвидации ее интеллектуальной элиты, "носителей культуры" ("Kulturtrager"), без которых народ не может существовать. В "Генеральном плане "Ост"" ~ одном из самых изуверских и позорных документов человеческой истории, разработанном в недрах ведомств Гиммлера и Розенберга, эта цель была сформулирована предельно просто: "Речь идет не только о разгроме государства с центром в Москве.... Дело заключается скорей всего в том, чтобы разгромить русских как народ, разобщить их". Большую часть населения России, Белоруссии, Польши, Чехословакии, прибалтийских государств планировалось переселить за Урал, на Кавказ, в Африку и Южную Америку, а освободившиеся земли заселить немцами. К счастью, этим чудовищным планам не суждено было сбыться.
В межвоенный период система международных отношений в Европе значительно усложнилась по сравнению с периодом до 1914 г. и была буквально "беременна" большой общеевропейской войной. Европа раскололась на три группы стран, определявших ее судьбу: западные демократии в лице Англии и Франции, проводившие "стратегию перестраховки" от экспансивных поползновений Гитлера и Муссолини, а также от коммунистического мессианства Сталина; возглавляемая Германией фашистская "ось", стремившаяся к господству в Европе; одинокая Советская Россия, делавшая ставку на использование в своих целях противоречий между Германией и западными демократиями. Так на континенте возникла сложная игра великодержавных сил. Агрессивным устремлениям гитлеровской Германии, открыто провозглашенным еще в 1923 г. в катехизисе фашизма "Майн кампф", отсутствовал сдерживающий противовес. Каждый стремился переиграть другого. Олицетворением этой игры явилось Мюнхенское соглашение от 29 сентября 1938 г. Фактически в жертву Гитлеру Чемберлен и Даладье принесли Чехословакию. Но этим они нисколько не обезопасили Англию и Францию от агрессивных устремлений Гитлера. Как раз наоборот. Мюнхенский акт еще больше углубил раскол между патологически недоверчивым и подозрительным Сталиным и руководителями Англии и Франции, кстати, тоже питавшими отвращение к дикому произволу режима, установленного в Советском Союзе, и в то же время не видевшими в Красной Армии, после сталинских "чисток" ее командного состава, крупной силы, способной противостоять нацистской агрессии. Мюнхен стал погребальной песней для идеи коллективной безопасности в Европе. В 30-годы оказалось невозможно противопоставить агрессивному курсу Германии объединенный фронт западных держав и Советского Союза. Новая Антанта к началу войны так и не состоялась.
Зато два диктатора - Гитлер и Сталин, принимавшие судьбоносные решения единолично и бесконтрольно, быстро нашли общий язык, хотя их замыслы были прямо противоположны. Заключив 23 августа 1939 г. между собою пакт о ненападении и разделе сфер влияния в Европе, каждый из них был убежден, что оказался в большом выигрыше. Но, как показало дальнейшее развитие событий, они тешили себя ложными иллюзиями.
Гитлер был убежден, что сможет, предварительно обезвредив Польшу, молниеносно сокрушить Францию и Англию, заручившись гарантией невмешательства Сталина и не опасаясь за свой тыл на востоке. Затем он рассчитывал напасть на Советский Союз и, опираясь на ресурсы всей Западной Европы, повергнуть его в блицкриге. Расправившись с главными континентальными противниками, Гитлер надеялся создать "новый порядок" в Европе под эгидой нацистской Германии и развернуть в дальнейшем заморскую экспансию.
После вывода из войны Франции и оккупации скандинавских стран гитлеровское руководство предприняло отчаянные попытки заключить перемирие и даже союз с Англией, чтобы обезопасить свой тыл, на сей раз с Запада, для разгрома Советского Союза. Тайный мирный зондаж с целью поиска в Англии кругов, готовых пойти на это, проводился по многим каналам. В нем участвовали и ведомство руководителя германской разведки Канариса, и имперское министерство пропаганды Геббельса, и различные тайные эмиссары Германии (Гаусгофер, Далерус и др). Антигерманская фракция политического истэблишмента Англии во главе с Черчиллем, Иденом и Ванситтартом искусно использовала в своих интересах стремление гитлеровского руководства заключить мир с Англией. Все делалось для того, чтобы создать видимость заинтересованности англичан в мирных переговорах с Германией. В мае 1940 г. заместитель Гитлера Гесс совершил на истребителе ME-110E тайный перелет в Англию в надежде решить центральную стратегическую проблему Германии перед нападением на Советский Союз - заключив мир с Англией, избежать войны на два фронта. Но этот план разбился о бескомпромиссную и дальновидную позицию Черчилля. Его расчет был прост. Если Англия пойдет на перемирие с Германией, то она, после разгрома вермахтом Советского Союза, окажется очередной жертвой нацистской агрессии. Он верил в то, что со временем, невзирая на направленный против Запада советско-германский пакт 1939 г., неизбежно возникнет единый антигерманский фронт Англии, России и Соединенных Штатов, и был полон решимости сокрушить экономическую и военную мощь Германии и подорвать ее доминирующие позиции в Европе, независимо даже от того, какой режим в ней правит. Угроза Англии, полагал он, идет не со стороны нацизма, а со стороны германской имперской идеи. Позиция Черчилля определялась традиционной английской стратегией в отношении Европы. Он оказался прав, а миссия Гесса, на которую Гитлер возлагал большие надежды, потерпела полный провал.
Так уже первый период Второй мировой войны, хотя он и ознаменовался крупными победами вермахта, обнаружил серьезные пороки и просчеты стратегии фашистской Германии. Главным из них следует признать то, что в западной кампании 1940 г. гитлеровскому командованию не удалось, как это предусматривалось стратегическими планами, полностью достичь поставленной военно-политической цели - одним махом сокрушить обе западные державы, чтобы обезопасить свой тыл для последующей борьбы против Советского Союза. Германия оказалась не в состоянии ни политическими, ни военными средствами вывести из войны Англию, имевшую потенциальных союзников в лице Соединенных Штатов и Советского Союза. Теперь в случае неудач и осложнений при проведении агрессии против СССР германских стратегов ожидала война на два фронта, которой они больше всего опасались.
Сталин связывал заключение пакта 1939 г. с коварным расчетом втравить Германию в затяжную войну с Францией и Англией на Западном фронте и, после того как они обескровят друг друга, навязать всей Европе силой коммунистический строй. Так был дан зеленый свет для развязывания Гитлером Второй мировой войны. Молниеносный разгром Франции и оккупация вермахтом почти всей Западной Европы, за исключением Англии, оказались для Сталина громадным шоком. Он не думал, что Гитлеру удастся так быстро расправиться с Францией8. Теперь перед ним возникла перспектива войны с закаленным в боях вермахтом, которому он мог противопоставить слабую армию с низкой боеспособностью, лишившуюся в результате расстрела в период сталинских "чисток" более чем 40 тыс. кадровых офицеров. Обезглавив армию, Сталин был очень далек от идеи нанесения "превентивного удара" по Германии -вздорной выдумки Резуна-Суворова, представленной в его книгах и подхваченной многими историками у нас и на Западе9. Сталин панически боялся войны с Германией, всячески старался отдалить ее и ни в коем случае не спровоцировать. Этим в первую очередь объясняется, почему 22 июня 1941 г. Красная Армия была застигнута врасплох нападением вермахта.
Крупной ошибкой Сталина было и то, что после разгрома Франции он не пошел в 1940-1941 гг. на поиски союза с Англией, что было вполне реально. Как до 1939 г., так и впоследствии он, будучи в плену превратных представлений об "империалистическом заговоре" против СССР, ложно оценивал позицию правящих кругов Англии и цели их традиционной европейской политики. Возможно, Сталин не мог освободиться от "мюнхенского синдрома". Черчилль оказался намного умнее, прозорливее и гибче в своих политических и стратегических расчетах. Он лучше понимал правила игры и борьбы сил на европейском континенте.
Как Мюнхен не обезопасил Англию и Францию от гитлеровской агрессии, так и советско-германский пакт о ненападении имел для Советского Союза пагубные последствия Это обернулось для него тяжелейшим поражением 1941 г. В нацистском плену оказалось более 3 млн советских солдат и офицеров. За грехи Сталина народу пришлось расплачиваться очень большой кровью. Невероятными усилиями и ценой больших потерь враг был остановлен под Москвой и Ленинградом. Теперь настал черед Гитлера испытать громадный шок. Ему не удалось молниеносным ударом разгромить Красную Армию. Больше того, под Москвой вермахт потерпел первое поражение во Второй мировой войне, сыгравшее решающую роль в дальнейшем развитии военных и политических событий в Европе и на других театрах военных действий.
С провалом наступательной "молниеносной войны" на Восточном фронте в 1941 г. рухнула вся стратегическая концепция войны Гитлера и его генералов. Теперь перед Германией стояла мрачная перспектива затяжной борьбы на два фронта. В такой войне нацистское руководство не могло рассчитывать на благоприятный исход. Прорыв к Сталинграду и Кавказу в 1942 г. ничего не менял в этом отношении. Красная Армия пришла в себя после потрясений 1941 и 1942 г., окрепла, усилилась, приобрела богатый боевой опыт. Под ее мощными ударами начался безудержный откат немецких войск на запад. От наступательной стратегии нацистское командование вынуждено было перейти к оборонительной. Но и оборонительная стратегия не спасла Германию от поражения. Никто не может отрицать тот факт, что на Восточном фронте были разбиты основные силы вермахта. Главная заслуга в их разгроме принадлежит бесспорно советскому народу.
Взлет и падение нацистской Третьей империи являются классическим примером и иллюстрацией обреченности политики гегемонизма и вместе с тем показателем ее исключительно опасного для мира и свободы характера.
К сожалению, политики не склонны извлекать из опыта прошлого полезные выводы для себя. Еще Гегель писал в своей "Философии истории": "Правителям, государственным людям и народам с важностью советуют извлекать поучения из опыта истории. Но опыт и история учат, что народы и правительства никогда ничему не научились из истории и не действовали согласно поучениям, которые можно было бы извлечь из нее"10.
После окончания Второй мировой войны "эстафету" политики гегемонизма, на этот раз мессианско-коммунистического, перехватил Сталин11. Он принял недальновидное решение установить советское господство над странами Восточной и Центральной Европы. Снова в действие была приведена закономерность "обратной отрицательной связи". Резкое нарушение равновесия сил в Европе советской политикой привело к холодной войне. Она обернулась громадным ущербом для национальных интересов Советского Союза. Следствием ее стало постоянное политическое и военное присутствие США на европейском континенте, американизация многих стран Европы, их превращение в американские протектораты. Конфронтация с превосходящими силами западной коалиции легла непосильным бременем на экономику Советского Союза, серьезно затруднила его нормальное развитие и стала в конечном итоге одним из важных факторов его распада. Такова была цена советской послевоенной внешней политики, неверно спланированной сталинским руководством. В выигрыше от нее оказались Соединенные Штаты, не опаленные ни одной мировой войной и баснословно нажившиеся на них.
Вместо того чтобы обратить все ресурсы и всю энергию страны, обладавшей высокой степенью самодостаточности, на внутренние созидательные цели, совершенствование и демократизацию политической и экономической системы, использование богатейших возможностей для повышения благосостояния народа, притягательности социалистических идей, советское руководство стало упорно растранжиривать богатства страны на внешние авантюры. Гораздо продуктивнее было бы пойти иным путем - всячески повышать социально-политическую и экономическую эффективность нового общества, сосредоточиться на создании его положительного "демонстрационного эффекта". Этот путь был бы намного более действенным, чем навязывание силой другим народам своих идей и порядков. Насильственный мессианизм оказался губительным для Советского Союза.
В период холодной войны было широко распространено мнение, что столкновение двух мировых коалиций является отражением борьбы между двумя противоположными системами и непримиримыми идеологиями, между тоталитаризмом и демократией, что эта борьба определяет конфронтационный характер эпохи. Но в 90-е годы прошлого века обнаружилось, что это мнение было некорректным. Советская тоталитарная система и ее мессианская политика установления мирового коммунистического господства были в ходе реформ Горбачева практически демонтированы. Можно было бы подумать, что причины и основания для конфронтации в мире окончательно отпали. Но это не так. В третий раз на протяжении XX в. к политике глобального мессианского господства прибегли правящие круги США. Они решили не упускать уникальный шанс -распад СССР, развал России в эру Ельцина и образование громадного вакуума силы в системе международных отношений. Выяснилось, что гегемонистская политика и конфронтация со всеми их гибельными последствиями имеют собственную геополитическую, геоэкономическую и геостратегическую динамику и логику. И свойственны они не только тоталитарным, но в не меньшей степени и таким, казалось бы, с виду демократическим государствам, каким многим представляются США.
Политической элитой США разработаны фантастические планы преобразования мира по канонам США, создания "паке америка-на" - американской мировой империи. Збигнев Бжезинский, оказавший большое влияние на внешнюю политику США, нарисовал в статье "Геостратегия для Евразии", опубликованной в 1997 г. в журнале "Форин афферс", такую картину американской перекройки мира:
- Соединенные Штаты должны быть единственной правящей державой в Евразии; кто владеет Евразией, тот владеет и Африкой;
- главная задача глобальной политики США - расширение их важнейшего плацдарма в Европе посредством выдвижения НАТО и ЕС на восток, включая Балтику и Украину;
- не допускать, чтобы интеграция в рамках ЕС заходила слишком далеко и привела к образованию самостоятельной европейской мировой державы;
- Германии - опоре американской политики в Европе - нельзя позволить стать мировой державой; ее роль следует ограничить региональными масштабами;
- Китай - "восточный якорь" евроазиатской стратегии США -должен также оставаться исключительно "региональной державой";
-Россию следует устранить как евроазиатскую великую державу; на ее месте надо создать конфедерацию, состоящую из Европейской Русской республики, Сибирской и Дальневосточной республик.
Все эти целевые установки весьма точно отражали и конкретизировали содержание "Проекта нового американского века", положенного в основу стратегической доктрины администрации Буша. Ее проведение в жизнь намного облегчалось вследствие отсутствия весомого противовеса политике США на глобальном уровне после распада СССР и разрушения государственности России в 90-е годы прошлого столетия. Отсутствие такого противовеса, т. е. биполярности в соотношении сил, очень опасно с точки зрения сохранения международной стабильности и международного мира. Об этом свидетельствует ситуация в Европе, сложившаяся накануне войны в 1938-1939 гг.
По мере развития американской политики экспансии снова пришла в действие закономерность международных отношений - "ответная отрицательная реакция". Характерный пример: по данным конфиденциального опроса населения ФРГ, проведенного по заданию германского правительства Алленсбахским демоскопическим институтом в середине 2003 г., большинство немцев считает вполне оправданным противодействие гегемонистской политике США. Три четверти из них полагают, что Европа должна следовать своим собственным путем, две трети высказались даже за то, чтобы создать "европейский противовес" Соединенным Штатам12. Так происходит историческая смена главного актера-носителя гегемонизма на международной сцене и неотвратимое образование и консолидация противодействующих ему сил. Американская агрессия против Ирака породила впервые после окончания Второй мировой войны определенную общность интересов Франции, Германии и России и привело к встрече руководителей этих держав в Москве. В мире заговорили о первых симптомах оформления "оси" Франция-Германия-Россия. По мере расширения американской экспансии неизбежно будет нарастать сопротивление ей со стороны стран, национальные интересы которых оказались под угрозой.
Анализ политики глобального господства в XX - начале XXI в. позволяет выявить еще одну закономерность международных отношений. Эта политика ведет напрямик к возникновению предвоенного политического кризиса. К характерным чертам этого кризиса можно отнести:
- стремление экспансивной державы резко нарушить в свою пользу политическое и военно-стратегическое соотношение сил для установления своего регионального или глобального господства;
- крайнее обострение политических и военно-стратегических противоречий между этой державой и окружающим миром;
- эскалация военного насилия со стороны экспансивной державы;
- игнорирование этой державой международного права, международных норм и организаций;
- решимость правящих кругов экспансивной державы, несмотря ни на что и не останавливаясь ни перед чем, продолжать политику военных захватов;
- ее стремление создать коалицию из малых и зависимых стран для поддержки своего курса;
- возникновение и расширение антикоалиции стран, чьи национальные интересы поставлены под угрозу экспансивной державой.
Огромное влияние на развитие предвоенного политического кризиса оказывают факторы внутреннего значения, типичные для экспансивной державы. Прежде всего к ним можно отнести сверхвооружение и милитаризацию страны; манипуляцию общественным мнением и пропагандистско-психологическое воздействие на народ, чтобы увлечь его в военные авантюры преднамеренным созданием ложных "образов врага", внушением наличия "внешней опасности" и мессианскими призывами к "осчастливливанию" других народов; ограничение или полный демонтаж демократических свобод, установление жесткого контроля над обществом; низкий интеллектуальный, моральный и профессиональный уровень правящей элиты страны, делающей ставку на силу, ее стремление разрешить внутренние экономические трудности на путях внешней агрессии.
Перед Второй мировой войной предвоенный политический кризис был спровоцирован гитлеровским руководством захватам Австрии и Чехословакии. Он с неумолимой неизбежностью перерос во всеобщую войну, как только вермахт совершил 1 сентября 1939 г. нападение на Польшу. Через два дня Англия и Франция объявили войну Германии. Последовала цепная реакция вовлечения остальных европейских стран в военные действия, принявшие вскоре общеевропейский и глобальный характер. А все началось с локальных захватов стран агрессивными державами - Германией, Италией и Японией. Местные конфликты служили, как свидетельствует исторический опыт, детонатором мировых войн.
При чтении предлагаемой книги перед современным читателем, удаленным от описываемых событий на 60 лет, предстают шокирующие, трудно постижимые картины чудовищных деяний таких одиозных фигур европейской истории, как Гитлер, Гиммлер, Геринг, Розенберг, Кейтель, Йодль, Браухич, и им подобных представителей германского нацизма и милитаризма. Все эти фигуры олицетворяли собой гибельное отклонение от благотворной линии развития Германии, выразителями которой были великие германские политики, философы, писатели, ученые, поэты и композиторы от Отто фон Бисмарка и генерала Людвига Бека до Гегеля, Гёте, Бетховена, Лейбница и Гумбольта. Как свидетельствует исторический опыт XX в. - и не только Германии - насилие, помноженное на пропаганду, целенаправленное, злонамеренное психологическое воздействие могут лепить из народа как из воска все, что угодно, и заставить его поверить в любые идеологические и политические хитросплетения. Это относиться и к советскому народу в период господства сталинизма. Поэтому нельзя отождествлять германский народ с его правителями, а тем более представлять его как сознательного исполнителя воли Гитлера.
Поражение нацистской Германии открыло немецкому народу глаза на подлинное лицо тоталитарного господства. На протяжении послевоенных лет как в Западной, так и в Восточной Германии произошла глубокая переоценка исторического развития страны в период 1933-1945 гг. Правда, на эту переоценку наложила свой отпечаток холодная война. Западная Германия оказалась на десятилетия привязанной к США, а Восточная - к Советскому Союзу. Преодоление холодной войны и раскола германской нации - противоестественного и подрывавшего стабильность в центре Европы - создало новые условия для расширения и углубления сотрудничества России и Германии, несмотря на членство последней в НАТО и ЕС. В договоре о добрососедстве, партнерстве и сотрудничестве между СССР и ФРГ, заключенном 9 ноября 1990 г., стороны выразили свое желание "окончательно подвести черту под прошлым и внести посредством взаимопонимания и примирения весомый вклад в преодоление раздела Европы".
М.С. Горбачев, которому немецкий народ больше всего обязан своим единством, писал о своих мотивах при подписании этого договора: "Хочу надеяться, что после трагедий и потрясений XX века и уроков, которые немцы извлекли из прошлого, а также в результате коренных перемен в самом характере мирового развития, роль Германии в Европе и мире будет только положительной и что единая и необратимо демократическая Германия внесет свой конструктивный вклад в решение проблем, встающих на рубеже веков перед международным сообществом"13.
В политических и экономических кругах ФРГ все больший акцент делается на политический курс, суть которого выражена в словах Бисмарка: "Никогда не порывать связь с Россией". С этим девизом политики ФРГ не расставались даже в годы холодной войны. После ее окончания их интерес к России заметно возрос, хотя им все еще приходится считаться со старой внешнеполитической доктриной США, сформулированной генеральным секретарем НАТО лордом Исмэем в 50-х годах и до сего времени остающейся в силе: "держать американцев в Европе, держать немцев в узде, держать русских вне Европы". Но все ускоряющийся процесс "европеизации Европы" ставит под вопрос и эту американскую доктрину. Европе нужен иной, мирный порядок, без разделительных линий, без навязывания чужой воли европейским странам.
Интересно отметить, что очень вдумчивый немецкий исследователь Дитер Цикон в своей замечательной книге "Счастливые годы: Германия и Россия" еще в 1991 г., проанализировав "ложные политические комбинации, авантюры и катастрофы XX века", пришел к выводу, что мирный европейский порядок должен основываться не на противостоянии, а только на тесном сотрудничестве Франции, Германии и России. "Целью должна быть та "Европа от Атлантики до Урала", к которой стремился великий провидец Де Голль, Европа, которая может развиваться в гармонии со всем миром"14. Своей книге он предпослал слова из завещания короля Пруссии Фридриха Вильгельма I своему сыну - будущему Фридриху Великому: "В отношениях с Россией его величество стремился всегда поддерживать прочную дружбу и гармонию. Это он советует также кронпринцу, ибо в войне с Россией можно очень много потерять и ничего не добиться".
Настоящее издание представляет собой попытку воссоздать на основе анализа документов и деятельности политических и военных органов нацистской Германии общую картину развития и банкротства гитлеровской стратегии в период 1933-1945 гг.15 Публикация состоит из четырех томов. В них содержатся практически все основополагающие директивы Гитлера по ведению войны.
В первом томе - "Подготовка ко Второй мировой войне. 1933-1939" - рассматриваются концептуальные основы гитлеровской стратегии, особенности военно-экономической, организационной, дипломатической и пропагандистской подготовки Германии к войне, разногласия в военном руководстве по вопросам стратегии.
Во втором томе - "Развертывание борьбы за господство в Европе. 1939-1941" - на документальных источниках показано, как планировались и осуществлялись акты агрессии против стран Центральной, Западной, Северной и Юго-Восточной Европы - Польши (операция "Вейс"), Дании и Норвегии ("Везерюбунг"), Франции, Бельгии, Голландии и Люксембурга ("Гельб", "Рот"), Англии ("Зеелёве"), Югославии и Греции ("Операция-25", "Мари-та"), а также в Северной Африке и бассейне Средиземного моря ("Зонненблюме").
В третьем томе - "Банкротство наступательной стратегии в войне против СССР. 1941-1943" - раскрываются политические и военные цели Гитлера в войне против Советского Союза, в частности, содержание "Генерального плана "Ост"" и плана военной кампании "Барбаросса", характер военно-экономической подготовки "молниеносной войны" на Востоке, срыв Красной Армией наступательной стратегии Гитлера в решающих сражениях на Восточном фронте.
Четвертый том - "Крах оборонительной стратегии Гитлера. Разгром Третьей империи. 1943-1945" - повествует о падении "Восточного вала", поражении держав "оси" в Северной Африке и на Средиземном море, о вторжении в "Европейскую крепость", агонии и жалком финале в ставке Гитлера. В томе приводятся немецкие документы относительно людских потерь Германии.
Чтобы читатель составил представление о происхождении публикуемых документальных источников, в книге дается их развернутый обзор. Исторические очерки, открывающие каждый тематический раздел, преследуют цель показать, как, в каких условиях, по каким мотивам и в связи с чем вырабатывались и проводились в жизнь стратегические планы и решения высших командных инстанций вермахта, а также дать оценку этим планам и решениям, установить их роль и значение в общем ходе политических и военных событий. Эти очерки отнюдь не претендуют на исчерпывающую полноту освещения и охват всех событий. Главное внимание в них, естественно, уделено основным вопросам стратегического планирования и ведения войны со стороны гитлеровского военно-политического руководства. Читатель имеет возможность сравнить выводы автора по тем или иным вопросам стратегии германского руководства с прилагаемыми к каждому историческому очерку документами. Примечания к ним даны автором книги.
При подготовке первого издания труда были использованы ценные советы академика A.M. Самсонова, который являлся его ответственным редактором, доктора военных наук, профессора генерал-лейтенанта Н.Г. Павленко, доктора исторических наук, профессора В.Т. Фомина и доктора исторических наук Н.А. Мерца-лова, за что автор выражает им свою глубокую признательность.
Перевод документов с немецкого при подготовке первого издания осуществили: Л.С. Азарх, Д.И. Бенеславский, С.А. Востросабли-на, А.А. Высоковский, Ю.П. Коганицкая, Ю.А. Неподаев, Л.М. Ни-колина, В.К. Печеркин, Г.Я. Рудой.

Пожалуйста, оставьте отзыв на товар.


Подтверждаю согласие на сбор и обработку персональных данных. Узнать больше
Все права защищены и охраняются законом. © 2006 - 2017 CENTRMAG