описание
звоните нам с 9:00 до 19:00
 

Victoria. Gloria. Fama. Часть 3 Материалы Международной научной конференции, посвященной 300 летию Военно-исторического музея артиллерии

Victoria. Gloria. Fama. Часть 3 Материалы Международной научной конференции, посвященной 300 летию Военно-исторического музея артиллерии
Количество:
  
-
+
Цена: 252 
P
В корзину
В наличии
Артикул: 00203716
Издательство: ВИМАИВиВС (все книги издательства)
Год: 2003
Переплет: Мягкая обложка
Страниц: 140
Скачать/полистать/читать on-line

Введение
В начале 1862 г. царю был представлен проект военной реформы, который он одобрил. В результате этого Российская империя вступила в полосу военных реформ, продолжавшихся 12 лет. В январе 1874 г. была проведена в жизнь последняя реформа - введена всесословная воинская повинность. Путь к ее осуществлению был сложным и длительным. Необходимость принятия закона о совершенно новом принципе комплектования и строительства вооруженных сил диктовалась велением времени, а также экономическими возможностями государства, но решался этот вопрос медленно и в трудной борьбе со многими высокопоставленными противниками реформ, которые не видели реальной необходимости в их проведении и всячески тормозили, саботировали и срывали многочисленные реформаторские мероприятия. Военное министерство также стояло на месте, проявляя свою неспособность быстро решить эту проблему,
Однако после назначения в ноябре 1861 г. Военным министром Д.А. Милютина деятельность министерства резко изменилась.
"С назначением меня Военным министром, - говорил Д.А. Милютин, - я счел своей обязанностью немедленно же заняться составлением общей программы предстоявшей мне деятельности. Составление такой программы потребовало всестороннего пересмотра и обсуждения всех частей нашего военного устройства"1.
К разработке указанной программы было привлечено все министерство. В результате напряженной работы общая программа преобразований по всем частям военного управления и организации армии была готова менее чем в двухмесячный срок и 15 января 1862 г. уже представлена Александру II в форме "всеподданнейшего доклада".
Общую цель Военного министерства на этом пути Милютин формулирует как обеспечение одновременной подготовки "военной силы Империи как по личному, так и по материальному составу к правильной, возможно более дешевой мобилизации при рациональных сбережениях в ежегодных военных расходах"2.
Главная задача этой программы заключалась в создании массовой армии государства. Поэтому в основу новой организации вооруженных сил Милютин положил принцип: "развивать в наибольшей соразмерности боевые силы в военное время при наименьшем числе наличных войск в мирное время"3.
Среди способов проведения подобного переустройства назывались четыре основных: 1) уменьшение нестроевого элемента армии; 2) доведение резервных войск до полной подвижности в прямом значении резерва боевого; 3) устройство кадров для войск запасных, формируемых в случае войны; 4) образование постепенно такого запаса людей, подготовленных к строю, какой действительно мог бы пополнить разницу между штатом армии в мирное и военное время4.
Расчеты того периода показывали, что на 1 января 1862 г. в регулярных войсках числилось по штату 798 194 человека, по штатам же военного времени количество это следовало увеличить до 1 млн 400 тыс. Однако в действительности, как говорит Милютин в своих "Воспоминаниях", "мы не имели в готовности ни запаса людей, ни запаса вещевого, нужных для приведения наших вооруженных сил в предположенный штатами военный состав"5.
Для перевода войск на военное положение требовалось призвать из запаса 612 тыс человек, а имелось налицо всего 210 тыс. Таким образом, армия могла увеличиться на 25 %, но и для этого развертывания не хватило бы ни подготовленного офицерского состава, ни запаса материальных средств.
Решить эту задачу Д. А. Милютин предполагал через введение всесословной воинской повинности и изменение сроков службы, что позволило бы накопить необходимый обученный резерв, хотя понимал, что из-за существующего сопротивления определенных высокопоставленных кругов невозможно будет в короткие сроки в корне изменить систему призыва. Поэтому Военный министр предложил в своем докладе 15 января 1862 г. "довести ежегодный контингент рекрут до 125 тысяч, при условии увольнения солдат в отпуск на седьмом - восьмом году службы, что позволило бы создать в течение семи лет резерв обученного запаса в 750 тыс. человек". Вместе с тем, в том же докладе он поставил вопрос об изменении существовавшего рекрутского устава, имея в виду привлечение к отбыванию воинской повинности привилегированных слоев населения. Таким образом, уже в 1862 г. Милютин сделал первый шаг к введению всесословной воинской повинности.
Намеченные в докладе 1862 г. меры комплектования войск хотя и не могли обеспечить создания массовой армии, но все же принесли ощутимые результаты. Так, при непосредственном участии Дмитрия Алексеевича численность армии, составлявшая в 1864 г. 1 млн 132 тыс. человек, к 1867 г. была сокращена до 742 тыс. Была проведена реорганизация нерегулярных войск, в первую очередь казачьих6.
Благодаря этим и другим мерам к 1870 г. запас военнообязанных мирного времени вырос до 553 тыс человек, вместо 210 тыс в 1862 г.
Начавшаяся в 1870 г. франко-прусская война и напряженное международное положение, несколько ослабили борьбу реакционеров (получившую дополнительный толчок в 1866 г., после покушения па Александра II), против Милютина и даже создали условия для новой постановки вопроса дальнейших преобразований в армии,
Воспользовавшись этим, Военный министр вновь поставил вопрос о разработке устава о всесословной воинской повинности. На этот раз ему пришлось вступить в единоборство с весьма серьезным противником: не склонным к компромиссам и неуступчивым к велению времени министром народного просвещения графом Д. А. Толстым. "Борьба двух министров с переменным успехом длилась долго и изнуряюще. Она стоила Милютину сил и здоровья, армии -замедления темпов модернизации, просвещению - трудностей на пути к демократизации образования" 7.
В начале марта 1872 г. Милютин предложил Александру II созвать секретное совещание, "дабы обсудить подготовлявшиеся мероприятия как в области дальнейшего увеличения армии -создания резервных и запасных войск, так и других вопросов военного устройства"8. Это совещание проходило в начале 1873 г. В числе приглашенных были министры, командующие войсками военных округов, представители Военного министерства, а также фельдмаршалы - князь Барятинский, граф Берг и великие князья Михаил и Николай Николаевичи. Оппозиция в этот раз Милютину была составлена в лице кн. Барятинского, который решил отрицательно выступить не только по вопросам вынесенным на обсуждение, но и против всей системы военного управления и организации армии. Его поддерживали в этом великие князья. Александр II изначально осудил кн. Барятинского, но через несколько дней, поддавшись влиянию великих князей, изменил свое мнение.
В этой обстановке вызревало вообще решение об уничтожении всех проведенных ранее Милютиным военных преобразований. И это заставило его выступить крайне резко и заявить о невозможности дальнейшего пребывания на посту Военного министра.
Александр II с присущей ему бесхарактерностью и отсутствием собственной принципиальной точки зрения, боясь потерять Милютина, вступил на путь примирения. Однако только в конце марта, после некоторых уступок сделанных Милютиным оппозиции, был окончательно составлен проект новой организации войск. "Злополучные совещания, - писал Дмитрий Алексеевич, - мною же задуманные для обсуждения основных вопросов будущего нашего военного устройства, обратились в арену личной против меня интриги, а потому и не могли привести к предполагавшейся цели... И несмотря на такой отрицательный результат бывших печальных совещаний все-таки я должен радоваться тому, что удалось, по крайней мере, отстоять нашу военную организацию от угрожавшей ей бессмысленной ломки"9.
Конкретные дела и достижения Д. А. Милютина в ходе тяжелой и изнурительной бюрократической борьбы создавали законодательные, административные, хозяйственные и психологические предпосылки для осуществления заключительного юридического акта военной реформы - принятия закона о воинской повинности. Разработка и утверждение его потребовали от Милютина больших трудов и усилий. Реакционеры всех мастей, вплоть до "Московских ведомостей", выступили против этого закона, усматривая в нем ущемление прав дворянства. "Сегодня в Государственном совете, - отмечал Милютин, - читался предварительно проект манифеста, при котором будет обнародован новый закон о воинской повинности. Государственный канцлер кн. Горчаков горячился, требуя изменения нескольких выражений, которые казались ему щекотливыми для русского дворянства. Надобно было уступить причуде Рюри-кова потомка" 10.
Первоначально проект Устава о воинской повинности обсуждался в Особом присутствии, а затем уже в Общем собрании Государственного совета. "17-го декабря. Понедельник, - писал Милютин. - Сегодня в Государственном совете закончено дело о воинской повинности. Возбуждено было несколько вопросов второстепенных, было несколько неуместных речей, но все окончилось благополучно и, к общему удивлению, без всякого разногласия"11.
Все эти решительные шаги Милютина привели к тому, что 1 января 1874 г. был издан Устав о воинской повинности. По этому уставу воинскую повинность должно было отбывать все мужское население, достигшее 21 года, без различия сословий.
Первой статьей Устава о воинской повинности определялось: "Защита Престола и Отечества есть священная обязанность каждого русского подданного. Мужское население, без различия состояний, подлежит воинской повинности"12.
Таким образом, "в ряду великих преобразований, совершившихся в царствование Императора Александра II и во многом изменивших условия государственного быта России, одно из важнейших мест занимает введение с 1874 г., взамен системы рекрутских наборов, системы всеобщей воинской повинности, основанной на принципах, сходных с теми, которые приняты во всех больших государствах Европы, но существенно отличающихся от них в своем применении"13.
Сущность основных положений всеобщей воинской повинности, введенной в России, заключалась в следующем:
1) Вооруженные силы государства состоят из постоянных войск и ополчения. Ополчение назначается в случае войны в помощь постоянным войскам.
2) Воинская повинность есть общеобязательная. Защита Престола и Отечества есть священная обязанность каждого русского подданного, а потому воинской повинности подлежит все мужское население без различия состояния.
3) Воинская повинность есть личная, а потому денежный выкуп от нее или замена охотником не допускается.
4) Все мужское население, способное к службе, в возрасте от 21 до 43 лет входит в состав вооруженных сил государства; но размер повинности не на всех налагается одинаковый; одни принадлежат к постоянным войскам, другие числятся в ополчении.
5) Общий срок службы в постоянных войсках определен в 18 лет, из коих 5 лет действительной службы и 13 лет в запасе. Из этого правила сделано исключение для людей, поступающих во флот; для них общий срок службы определен в 10 лет, из коих 7 лет действительной службы и 3 года в запасе.
6) Чины, состоящие в запасе могут быть призываемы Военным и Морским министерствами, по принадлежности, в учебные сборы, но не более двух раз в течение всего срока состояния в запасе и каждый раз не долее как на 6 недель.
7) Государственное ополчение состоит из всего мужского населения, способного носить оружие и не числящегося в постоянных войсках, от призывного возраста до 43-летнего включительно14.
Таким образом, Устав о воинской повинности разрешал одну из основных задач реорганизации армии - обеспечивал рост обученных людских резервов и создавал тем самым условия для превращения вооруженных сил России в современную массовую армию.
Введение всесословной воинской повинности имело большое прогрессивное значение. Опубликование данного закона вызвало обширные отклики в зарубежной прессе.
Анализируя эти статьи, П.А. Зайончковский отмечал: "Все они буквально в один голос указывали на огромное значение Закона о воинской повинности. Наряду с этим нетрудно обнаружить большое беспокойство, вызванное этой реформой, в серьезной степени изменившей принцип комплектования армии"15.
Однако данная реформа не была последовательной до конца. Устав 1 января 1874 г., распространявший службу в армии на все сословия, все же не обеспечил введение всеобщей воинской повинности. "Значительная часть "инородного" населения вовсе устранялась от воинской повинности, далее, освобождались от призыва лица духовных званий, менониты, отдельные группы колонистов, не говоря уже о многочисленных отступлениях от закона для господствующих классов, практиковавшихся в условиях самодержавно-дворянского строя"16.
Ввиду того, что контингент ежегодно призываемых был все же значительно меньше подлежащих призыву, лишь часть призывников определялась на действительную службу с последующим перечислением в запас армии; а затем в ополчение, другая же часть зачислялась прямо в ополчение (определялось семейным положением или жеребьевкой).
Этому способствовали также введенные льготы по семейному положению и по образованию. Льготы по семейному положению устанавливались трех разрядов: первый - для единственного сына, второй - для старшего сына при наличии братьев моложе 18 лет, третий - для лица, непосредственно следующего по возрасту за братом, находящимся на действительной военной службе.
Большие льготы предоставлялись по образованию. Срок действительной военной службы составлял: 6 месяцев - окончивших высшие, 1,5 года - окончивших средние, 3 года - окончившие низшие учебные заведения, 4 года - получивших начальное образование. Для вольноопределяющихся с высшим и средним образованием данный срок сокращался еще вдвое.
Воинскую повинность в России мужское население отбывало как на основании общего устава 1874 г. (84,4 % населения), так и казачьего устава (2,1 %), особого положения для Финляндии (2 °о), особого положения для Кавказа (5,5 %). Поэтому воинская повинность в империи неслась на различных основаниях, а некоторая часть населения была и вовсе от нее освобождена: а) жители отдаленных местностей - около 3 %; б) инородцы - также около 3 %.
Таким образом, в несении воинской повинности должно было участвовать 94 % мужского населения, но и в этом случае тягость повинности распределялась далеко не равномерно17. Наиболее тяжелой была она в казачьих войсках, где на действительную службу призывалось (в среднем от всех войск) около 72 % всех лиц призывного возраста. Затем следовала главная масса населения империй, отбывающая повинность по общему уставу (1874), из ее среды принималось на службу около 29 %.
В соответствии с этим общее число состоящих на действительной службе в мирное время у казаков составляло 3,9 % всего мужского населения; из среды главной массы населения служило в армии около 1,7 %, в Финляндии - 0,5 % мужчин18.
В 1874 г. был еще смешанный набор в армию рекрутов и призыв новобранцев. Он проходил с 1 ноября по 15 декабря, а в Сибири - с 15 октября по 31 декабря. В результате этого первого призыва в войска поступило: рекрутов набора 1874 г. и новобранцев призыва этого же года 219 647, дворян и вольноопределяющихся - 2 232, воспитанников, выпущенных из военно-учебных заведений, - 305, пойманных и добровольно явившихся из бегов - 1 989, добровольно поступивших на службу из бессрочного отпуска - 207, из временного - 459, из отставки - 201 человек; возвратились из отпущенных на родину для поправки здоровья 2 594 человека. Всего же прибыло 230 363 человека.
После всех изменений в течение 1874 г. в составе регулярных войск к 1 января 1875 г. насчитывалось 742 465 нижних чинов19.
Д.А. Милютин о результатах первого призыва отзывался так: "Опыт первого призыва так удался, как трудно было даже ожидать. Самые закоренелые консерваторы, противники реформ, с боязнью относившиеся к нововведению, грозившему, в их глазах, распространением в целой армии заразы нигилизма, теперь замолчали"20.
Второй и последующие призывы в русскую армию уже полностью проводились в соответствии с новым Уставом.
Устав о воинской повинности от 1 января 1874 г. был, в первую очередь, распространен и выполнялся планово без срывов на территории с "русским населением". Однако мужское население Закавказского и Туркестанского краев, Амурской, Приморской, Тугайской и Уральской областей, отдельных частей Сибири, Северного Кавказа, Астраханской и Архангельской губерний вообще не привлекалось к призыву. (Население Финляндии и казачьих областей отбывало воинскую повинность на основании особых законов.)
Кроме этого, не все "племена", населявшие Россию, и представители различных религиозных конфессий, объединений, толков, сект с одобрением восприняли введение всесословной воинской повинности. Многие из-за своих религиозных убеждений всячески игнорировали выполнение воинского долга.
Поэтому Устав о воинской повинности приходилось постоянно совершенствовать, с каждым годом он охватывал все новые регионы и народы России. Военный реформатор Д.А. Милютин периодически в него вносил дополнения и изменения. "Ввиду скорого отъезда государя за границу, надобно было торопиться с докладом о множестве скопившихся дел, - писал Милютин. - В числе их были довольно серьезные: проект новой нормальной дислокации армии, переформирование кавказских войск, предложение об особом порядке отбывания воинской повинности башкирами и крымскими татарами, о вольноопределяющихся и много других"21.
Таким образом, введение всесословной воинской повинности было важным этапом в проведении военной политики государства. Этому предшествовала жестокая борьба мнений, бездумное упорство и противостояние большого количества чиновников всех уровней, стремление любыми путями сохранить свои привилегии, религиозные предрассудки и взгляды.
Только настойчивость и высокие организаторские способности Д.А. Милютина позволили довести начатое в середине столетия им дело до победного конца. Принятие Устава 1 января 1874 г. явилось революционным прорывом в вопросах строительства русской армии, ее комплектования, подготовки и накопления людских резервов на случай войны. Данный устав был разработан настолько перспективно, что его основы сохранились до настоящего времени.

Пожалуйста, оставьте отзыв на товар.

Что бы оставить отзыв на товар Вам необходимо войти или зарегистрироваться
Все права защищены и охраняются законом. © 2006 - 2018 CENTRMAG