Искусство управления: сделайте приоритетом обслуживание вместо личного интереса Блок П.
описание
звоните нам с 9:00 до 19:00
 

Искусство управления: сделайте приоритетом обслуживание вместо личного интереса

Оценки: 4.8 5 20
от

Хорошо и качественно
Искусство управления: сделайте приоритетом обслуживание вместо личного интереса
Количество:
  
-
+
Цена: 318 
P

В корзину
В наличии
Артикул: 00004690
Автор: Блок П.
Издательство: Феникс (все книги издательства)
Место издания: Ростов-на-Дону
ISBN: 5-222-07627-X
Год: 2006
Переплет: Твердый переплет
Страниц: 368

Cкачать/полистать/читать on-line
Показать ▼

Развернуть ▼

Оригинальный взгляд на управление организациями... Книга Петера Блока превосходит все существующие пособия по руководству, предлагая свой взгляд на организационную динамику будущего, которая скоро распространится по всему миру. Его посетила неизвестная муза и открыла глаза на организационную структуру XXI века. Гарантировано много противоречий, настойчиво рекомендуем прочитать. Воплотите в жизнь свои идеи, касающиеся новой формы обслуживания. Создайте такие рабочие места, где каждый сотрудник почувствует себя собственником. Распределите заново управление работой и непосредственное ее выполнение. Замените личный интерес, зависимость и контроль на обслуживание, ответственность и партнерство. Повысьте производительность рабочих объединений, увеличьте экономический успех всей организации. Найдите практический способ укрепления демократии на рабочих местах. Измените функции сотрудников и предоставьте им собственный выбор.

Введение
Это книга об оптимизме и жестокой реальности. Это книга о беспомощности и лидерстве. Это книга о демократии и тирании. Это книга о человеческом духе и расчетливости, о развитии и процветании.
Эта книга написана в то время, когда люди во всем мире активно стремятся к свободе, к шансу создать жизнь, которая предлагала бы и цель, и возможность ее осуществления, жизнь, у которой есть надежда. Странно, что институты, которые плывут по этому течению, изначально находятся в общественном секторе: это государства, которые видят свою изначальную миссию в создании и поддержании стабильности. Это происходит повсеместно - от Польши до Китая - с болью и хаосом, неизбежными при создании нового порядка.
Мы, в США (и я подозреваю, что в Западной Европе тоже), смотрим с пренебрежением и объявляем победу над "дьявольской империей", которую мы одержали в битве во второй мировой войне. Есть доля правды в том, что падение этих тоталитарных государств является поводом для радости, что мир спокойно спит после упразднения опасности военной конфронтации и ядерной атаки. Но все 5ке я беспокоюсь о нашем легкомыслии. Пока мы спокойно следили за тем, как создавали эти "однообразные серые общества" в коммунистических странах, которые привели их к разрухе, мы не обращали внимание на наши собственные жизни и институты. Это книга фундаментально раскрывает нам способы применения опыта и знаний на основе этих глобальных революций на наших собственных деловых учреждениях. Эти "однообразные серые общества" рассчитывали, что выживут за счет централизованной власти и обещания безопасности для их граждан. Но что бы они ни намеревались сделать, в конце концов они подавили человеческий дух, население утратило веру и надежду и почувствовало себя беспомощным. Если мы поймем, что многие из наших собственных институтов делали такую же ставку и сейчас находятся в процессе достижения тех же самых результатов, мы сможем выбрать более приемлемую альтернативу этому "однообразному серому обществу".
Что это за учреждения? Многие из нас ходят в них работать каждый день; с 8 до 5 мы зарабатываем свой хлеб, работая на них; это те учреждения, которые создают наше благосостояние как нации и как индивидов; это институты бизнеса и коммерции, большие и маленькие. Чаще всего мы можем обнаружить их в общественном секторе, в наших школах и в зданиях правления.
Мы являемся нацией, которая противоречит сама себе в предмете своей веры. Мы живем с политическими институтами, которые устанавливают права личности, чтобы самовыразиться, чтобы проводить собрания, стремиться к счастью и личным целям, чтобы выдвигать собственных политических лидеров. Мы уделяем слишком много внимания правам и процедурам надлежащего процесса. В то же время, кажется, что мы находимся на пике анархии, мы все еще упорно цепляемся за политическую веру и ритуалы со всеми их недостатками и противоречиями. Теперь, когда мы переступаем порог завода или мастерской делового собора в крупных городах, мы оставляем свою веру в демократические принципы в машине. Коридоры и комнаты этих зданий процветают на основе совсем других ритуалов и положений.
В первый день на моей первой серьезной работе, где я должен был быть одетым надлежащим образом, собеседование началось с того, что босс сказал группе только что нанятых сотрудников: "Здесь нет демократии". Альтернатива демократии точно названа не была, но понять ее не заняло много времени. Когда я первый раз пришел на работу, я был полон страха, оптимизма и надежд в будущее. Я хотел привнести свой вклад. Но я столкнулся с жестокой реальностью. А эта жестокая реальность определила достаточно четко, что надежды и оптимизм здесь были чем-то неуместным и что в почете были уступчивость и приспосабливае-мость. Что ж, это была честная презентация. Я понял это и в течение некоторого времени я пытался этому следовать, я стал суперуступчивым. Я познакомился со всеми правилами - писаными и неписаными. Я приспособился ко всем с добросовестностью. Я "одевался для успеха", как предписывала культура корпорации. Моя страсть к социальной перемене поблекла, и я начал серьезно задумываться о том, что смысл состоит в продвижении по лестнице. Возможно, пиковой точкой в моей страсти к приспосабливаемое™ был звонок вице-президенту по кадрам, чтобы спросить, какую машину я должен купить для соответствия своему новому корпоративному дому. Это было много лет назад, но я все еще помню все подробности. Многое, что происходило после этого, было лишь повторением. Я стал боссом и обнаружил, что сам говорю только что нанятым сотрудникам: "Здесь нет демократии". Шоу продолжается. Но важным во ] всех этих событиях было знакомство с глубоко въевшимися положениями и верованиями, на которых в большинстве случаев строится выживание и процветание бизнеса. Хотя не полностью. Три положения веры соотносятся с тем, в чем заключается суть религии.
Первое - наиболее могущественное, равноценное первоначальному религиозному положению. Первым основным положением большинства корпораций является следующее: "Я верю в уступчивость". Этого от тебя ожидают. Это очень серьезно. Это сообщение проникает всюду, начиная с того, как мы заполняем организационные карточки, и заканчивая бесконечными процедурами и проверками компании. Мы ценим и уважаем тех, кто берет на себя ответственность за обеспечение уступчивости. Мы считаем, что уступчивые работники заслуживают все, начиная с крупных офисов, для владельцев которых всегда отведено специальное место для парковки и которые соединены специальными элеваторами. Управляющие корпоративные офицеры и все их виды соотносятся с епископами и кардиналами, носителями веры. Они устанавливают свои ценности и положения, они создают специальные службы, чтобы определять доктрину веры и выделять соответствующие обязательства. Сейчас это называется больше тренингом, чем походом в церковь. О чем все это? Все сводится к тому, чтобы выжить веру в то, что уступчивость - это все и что только основываясь на ней, мы построим свое будущее. В этом мире политической корректности использование свободы слова, публичные собрания, не спонсируемые сверху, становятся причинами увольнений; требования надлежащих процессов становятся несубординированными, а несогласие с теми, кто стоит выше, сводится к отношению "вы не командный игрок". Основные демократические принципы каким-то образом стали "чуждыми" в обществе, где мы делаем ставку на уступчивость, стремясь выжить.
Первое положение вытекает из второго: наблюдать лучше, чем делать. Наблюдение стало деятельностью чрезвычайной важности. Войдите в бесчисленные группы рабочих или менеджеров. За пять лет своей консультантской жизни я никогда не встречал людей, которые выполняли работу, и я никогда не думал об этом. Я проводил бесконечное количество часов с менеджерами и прочим персоналом. Мне никогда не приходило в голову, что никто из этих людей, с которыми я общался, не произвел ни одного продукта или услуги, действительно занявших свои места на рынке. На самом деле люди, которые выполняли работу, находились в отдаленных странах. Изнутри грызло сознание того, что я никогда не думал о том, что с этой картиной может быть что-то не так. Конечно, стоило обратить внимание на то, что благосостояние, привилегии и власть были распространены на тех людей, кто наблюдал и контролировал, а не на людей, которые действительно выполняли работу. Правда, нет ничего удивительного в наличии в стране базы мануфактур, имеющих филиалы на Дальнем Востоке или в Центральной Америке. Все сводилось к простому выживанию положения о том, что работники имеют какое-то значение. Если мы можем снизить расходы на транспорт, на заработную плату рабочим - почему нет? Никто не подозревает, что мы создаем палату представителей, финансовые и юридические системные функции без соответствующей поддержки. Наблюдение приблизилось к установлению корпоративной аристократии. Они живут в палатах, удаленных от общей массы рабочих, они ходят в фаворитах короля или королевы в надежде получить новый титул. Они наслаждаются привилегиями, которые больше заслуживают рабочие - люди, действительно производящие продукт или услугу, за которые мы платим. Это больше похоже на страну с монархией и разделенными правами, чем на мир демократии, где каждый рожден с правом на жизнь, свободу и счастье. Этот мир принадлежит лидерам, которые навязывают собственное мировоззрение, структуру и значения всего происходящего для духовно и интеллектуально обедневших слоев. Это не мир простой демократии, который рассматривает каждого человека как способного и ответственного за достижение собственного счастья - их собственных целей и структур. Во многих корпорациях управление и менеджмент стали особым классом, а не просто списком заданий, которые доступны каждому.
Третье положение веры заключается в том, что если вы терпите неудачу и провал, пытайтесь сильнее. Это урок Винса Ломбардии. Корпорации и предприятия в случае опасности всегда борются с кризисом, делая больше, чем уже сделано. И в общем все сводится к тому, чтобы сильнее приспосабливаться. Это может выглядеть по-разному. В общем, все зависит от программного формата. Программа, направленная на отличие качества, ценности, обогащения, стратегические планирования, руководство и так далее, и так далее, и так далее. При изменении это можно назвать надеждой. Но смысл сводится к захвату контроля. Как отмечает Дженис Доплин: "Это та же самая чертовщина". Или слова, которые имеют то же действие. Можно заменить игроков, можно изменить режим или язык, можно изменить выражение лица, но смысл остается таким же.
Смысл прост. И эти крупные институты, которые производят наше благосостояние, наполняют едой наш стол, обеспечивают безопасность нашим семьям, медицинское обслуживание и все те блага, которыми мы наслаждаемся в жизни, заключили пари. Смысл пари сводится к одной идее. А идея заключается в том, что уступчивость и контроль являются лучшими средствами для обеспечения будущего выживания и благосостояния. Конечно, благосклонный дух является частью этой идеи, но смысл заключается в уступчивости. Это не работает в Восточной Европе. Это создает "однообразное серое общество". Это работает какое-то время, "но многие плохие идеи действуют лишь на короткий промежуток времени. В конце концов, преодолеть государственные институты может только дух. Это целеустремленное, упрямое человеческое существо, которое стремится к чему-то лучшему, чем мир безопасности путем уступчивости. Каково же применение этих предприятий и индустрии, которые поставили на уступчивость? Успех в будущем будет зависеть от предприятий, которые производят товары и услуги, отвечающие спросу клиентов на рынке.
Успех в будущем будет зависеть от организаций, которые смогут добыть новое знание, которые породят обновленные товары и услуги на рынке. Успех в будущем будет зависеть от людей, у которых страсть к бизнесу, которые выдают новые идеи, изобретают новые пути достижения результата, что превращается в новое знание и порождает новые, уникальные товары на рынке. И если от этого зависит будущее выживание и благосостояние, захотим ли мы делать ставку на уступчивость, наблюдение и усиленные попытки?
Эта книга предлагает альтернативу, и она не заключается в приложении более тяжких усилий к тому, чем мы занимались. Это не заключается в переделывании работы. Это похоже на революцию. Не насильственную революцию, а революцию идей. И надежды возлагаются на демократический принцип. Это не просто книга о взаимоотношениях, это книга, которая ставит под вопрос государственные структуры и системы наших экономических учреждений. Она пытается связать наше экономическое выживание с выделением лучшего для человеческого духа, что обеспечит выживание на рынке. Ни в чем не заключается столько силы и власти, в идее, которая обретает форму. Начиная с конкретных продуктов - велосипедов, компьютеров, зубной пасты, - и заканчивая политическими институтами - таким, как демократия, коммунизм, социализм, правление закона, - все это начиналось с идеи. Важность этой книги заключается в предоставлении предприятиям новой идеи.
Это не только альтернативный способ, он также уникален. Он противопоставляется существующим тезисам в современном менеджменте и теории организации. Те средства, которые сегодня нам предлагают для того, чтобы сделать свое экономическое предприятие более ценным, относятся больше к обновлению, чем к созданию существенно нового предложения. По большей части это воссоздание на практике забытых старых положений. Даже ценности демократии могут быть переделаны, чтобы стать техникой, - вытеснение за счет участия. Но только не здесь! Петер переносит нас на уровень верования. Он понимает, что мы сталкиваемся с трениями, которые заключаются вовсе не в технологии техник менеджмента. Все заключается в общем представлении менеджмента и существующих внутри него отношений и в том, как это все отразится на будущем экономическом выживании и благосостоянии. Он выдвигает возможность того, что если мы не проверим верование, согласно которому мы "ставим на кон семейное благополучие", наша вера может стать продуктом наших методов. Петер провел эксплицитную проверку фундаментальных отношений между политическими ценностями и экономическим непостоянством. И он видит лучше всякого предсказателя, что мы находимся в опасности. Как отметил Линкольн: "Дом, направленный против себя самого, долго не выстоит". Итак, чтобы жить в стране, где мы проливаем кровь, отстаивая демократические и политические учреждения, мы считаем необходимым создать собственные экономические институты, основанные на противоречивых ценностях, а это ни к чему хорошему не приведет. Значительный вклад этой книги заключается в том, что она подняла этот вопрос и сделала вызов.
Я рекомендую вам прочитать этот труд. Тем, кто выделил время и прочитал предисловие и уже беспокоится о том, что книга или я, возможно, не поняли необходимость контроля и т. д., не о чем беспокоиться. Анархия не является решением наших текущих экономических проблем. Но и контроль тоже не является таким решением. А сомневающимся я могу лишь предложить вначале прочитать книгу, а затем делать выводы.
И последние слова об авторе, моем друге и наставнике. У меня нет никакого желания делать из него героя; это противоречило бы содержанию данной книги. Но то, что я хочу сказать, будет похвалой ему и его труду. Он всегда знал, что для него важно: говорить правду, относиться со страстью к своей работе, брать на себя ответственность за свою жизнь и вносить определенный вклад в мир, чтобы хоть немного облегчить страдания других. Эта книга появилась на свет благодаря названным ценностям и его восхитительному дару писать и мыслить. Это его лучшее и основное задание.
Наша цель состоит в создании организации, которая работала бы, особенно в мире, где все постоянно висит в воздухе. Мы знаем, что необходимы фундаментальные перемены. Мы продолжаем говорить о культурном изменении. Но этого будет недостаточно, если мы продолжим фокусироваться лишь на изменении отношения и навыков. Не вызывает сомнения то, что верование и отношение требуют изменений. Но пока их определяет государство, пока всем правят деньги, эти усилия будут больше косметическими, чем результативными.
Необходимость в изменениях исходит от нас как от индивидов. Это будит в каждом из нас желание сделать нашу жизнь более полноценной. Мы должны чувствовать фрагментированность в жизни, потому что мы говорим о себе, как о кошках с несколькими жизнями. "Это моя рабочая жизнь", "Это моя личная жизнь", "Это моя духовная жизнь". Мы разделяем отдельные части нашей жизни, даже иногда избавляемся от них. Эта фрагментация также отражается на нашей организации. Всегда существовали споры между людьми, ориентированными на людей, и людьми, ориентированными на задание, между усердно работающими и отлынивающими от работы, между направленными на ценности и направленными на результат
от Аноним

Хорошо и качественно

Пожалуйста, оставьте отзыв на товар.

Что бы оставить отзыв на товар Вам необходимо войти или зарегистрироваться
Все права защищены и охраняются законом. © 2006 - 2019 CENTRMAG
Рейтинг@Mail.ru